Комментарии пользователей (412)

Спойлер
Спойлер
0 Курлиец #
25 января 2020 в 13:40 → Прощай моя родина! И.Серт
КИЛИЯ (Бессарабия)
==================

Спойлер
0 Курлиец #
24 января 2020 в 10:22 → Воеводата Генчо Къргов
Васил Кондов
Авторката на това езиковедско изследване( Вопросы славянского языкознания) не е знаела и не цитира в историческата справка за селото спомените на войводата Генчо Къргов, записани и издадени от сина му Михаил Греков през 1905 г. под псевдонима Стоян Чакъров /другите две издания на спомените са направени след 1963 г., т.е. след публикуването на това езиковедско проучване на И. Бунина/, от които спомени става ясно, че селото, де факто, е създадено не от преселници от с. Дермендере, сега Гавраилово, Сливенско, а от групата преселници начело с Генчо войвода, жители на сегашния гр. Гурково, бивше с. Колупчии. Първоначално земята на сегашното село Каланчак действително е била предназначена за преселници от с. Дермендере, сега Гавраилово - "сливенци", които поради някакви причини не са я харесали и са се отказали от нея... Генчо войвода и хората му са заварили на тази земя само Дерменчето Иван... Съветските българисти погрешно са се подвели от името на селото - Дермендере, което вече било регистрирано от руските власти, а Генчо войвода и хората му не са искали да се разправят да го сменят, както той сам разказва в спомените си... Съв. българисти, като са предположили, че осн. група преселници е от с. Дермендере, сега Гавраилово, правят сравнение на говора на бесарабското село Дермендере и на дъщерните му села в Таврия с говора на Гавраилово, бивше Дермендере, Сливенско, а не с говора на гр. Гурково / Колупчии... По този начин нещата, свързани с говора на селото, стават още по-интересни...
ЭТО БЫЛО В

САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ.

(Над пропастью)

В конце территории Александра - Невской Лавры, на берегу Обводного канала( в Санкт-Петербурге насчитывается 101 остров) находился главный и единственный корпус здания Ленинградского техникума физкультуры и спорта им. Трудовых резервов. Сразу отмечу, что в то время в СССР было всего два техникума такого профиля: В Ленинграде и Кишиневе. Чтобы не забыть скажу, что кроме футбола, хоккея, лыж и плавания все спортивные и гуманитарные занятия проходили в этом здании. Кроме всех этих удобств, в этом здании мы и жили и питались. Одним словам - рай, учись на радость... В этом же здании мы будем сдавать все вступительные экзамены по гуманитарным предметам и некоторые спортивные, а жили абитуриенты в другом месте. Комната была рассчитана на десять человек. НАСКОЛЬКО ЭТО ОБЩЕЖИТИЕ НАХОДИЛОСЬ ДАЛЕКО ОТ ТЕХНИКУМА, Я УЖЕ НЕ ПОМНЮ, НО В ПАМЯТИ ОСТАЛИСЬ каждодневные поездки на трамвае до техникума или стадиона и обратно.
Как ни странно, но экзаменов набралось достаточно много. Вот они, «миленькие»: алгебра, геометрия, русский язык( устно и диктант) и литература, история. Не многовато ли для спортсменов с семиклассным образованием? Но и это еще не все,- а спортивные: легкая атлетика- бег на 100 м.( норма-14 секунд), прыжки в длину и высоту( норма- 140 см.), плавание на 50 м. на время, а на какое уже не помню. Все экзамены я сдал достаточно успешно, но на геометрии завалился, хотя завальный вопрос я знал, но от волнения меня заклинило. Этот «завал» вверг меня в панику. Ведь «заднего» хода я себе не давал- все поставлено на карту… В первые минуты мне казалось, что небо упало на землю, что солнце больше не светит и вокруг меня стоит полный чудовищный мрак. Что я пережил! Что я пережил! Ведь рядом-то нет ни мамки, ни папки, ни тетки и ни дядьки - ты один на один с опасностью. Что делать, что делать? Кроме того у меня украли все деньги в общежитии из маленького чемоданчика, который легко был вскрыт. Как мог я доехать до Одессы без денег? Кто бы мне дал деньги? А никто! Катастрофа! Я уходил на Обводной канал, прятался в безлюдное место и давал волю своим эмоциям: я, рычал, рыдал, кусая губы в кровь… Со вспухшими глазами, словно в сомнамбуле, я пришел забирать свои документы, еще до конца не веря в случившееся со мной. И вдруг, как во сне, я слышу голос председателя экзаменационной комиссии: какие документы? Вы хорошо сдали все экзамены, нам такие, как Вы, нужны. У Вас второй разряд. Два дня Вам на подготовку и – переэкзаменовка. Боже, что было со мной! Я как вцепился в эту «идиотскую» геометрию, которую до сих пор ненавижу и до начала повторного экзамена не выпускал из рук.
Повторный экзамен прошел легко и быстро. Я был зачислен, а от геометрии пригодились в жизни знания о,45, 90, 180, 360 градусах - своеобразные гимнастические термины.
До начала вступительных экзаменов со мной произошли события, которые не забываю всю свою жизнь. Со дня получения места в общежитии, оставалось еще три дня до начала экзаменов и мы, устав от чтения и зубрежки, позволяли себе просто гулять по Ленинграду, удивляясь его необыкновенной красоте. Я любил гулять по Невскому проспекту, который начинается от Александра – Невской Лавры. Из близких знакомых у меня был лишь Степан( в быту- просто Стёпа) Чекал, с которым я учился в ремесленном училище, но он, почему-то, не ходил со мной на прогулки- видно, готовился к экзаменам. Итак, я гулял один по правой стороне Невского проспекта и двигался в сторону Невы. Что интересно; в последний год жизни в Одессе я сам не знаю почему, пристрастился к среднеазиатской тюбетейке, которую я носил еще в первый приезд в Ленинград на первенство СССР по гимнастике общества «Трудовые резервы». У меня даже есть фотография: на скамейке сидит вся наша команда с тренером Геннадием Сергеевичем Ступишиным. Так вот, гуляю я себе, любуюсь архитектурными шедеврами домов с противоположной стороны проспекта, и, где-то в районе Литейного проспекта, который пересекает Невский, я услышал музыку и зашел в магазин. Здесь продавали граммофонные пластинки. Я поглазел, послушал музыку, а когда зазвучал гимн СССР, я ухмыльнулся, а зря, и покинул магазин. Буквально в десяти метрах от магазина, напротив парадного входа на меня неожиданно набрасываются какие- то люди, хватают за кисти рук и пытаются завести их за спину. Я думал - хотят часы снять. Долго не размышляя, я резко дернулся из стороны в сторону, высвободился из цепких «объятий» «воров», и первого, кого увидел перед собой, врезал по челюсти. Он улетел на проезжую часть возле тротуара, но тут же, как саранча, на меня набросились несколько человек и старались запихать меня в темное парадное среди бела дня. Толпа в парадном окружила меня, человека в тюбетейке, крепко держа за кисти рук ( они так и не смогли завести мои руки за спину) - точно, где тикали мои часики. В то время часы считались нечто весьма важным в аксессуарах одежды. Я спрашиваю: кто вы? Что вы хотите от меня? Что я такого сделал? Видно было, что они сами не знали, что хотят от меня, но я – то знал, что они нацелились на мои часики. Наконец – то они сообщают мне: мы - дружинники. Я говорю - вот и хорошо, тогда пошли в милицию. Они: вот именно, в милицию. Я подумал, слава Богу, что не гопстопники (уличные грабители средь бела дня. Эта форма грабежа в полной мере возродилась в начале девяностых годах). Я был уверен, что в милиции ко мне не могут придраться, или в чем – то обвинить, но я глубоко ошибался. Меня привели на Дворцовую площадь и завели в здание генерального штаба русской армии. Я уже потом узнал об этом здании. Оно расположено точно напротив Зимнего дворца-Эрмитажа. Дело происходило в милицейской комнате на первом этаже. За столом сидел дежурный милиционер. Теперь я мог рассмотреть моих похитителей. Среди них была одна девушка. Меня о чем-то спросил милиционер, я ответил, и после моего ответа, девушка подошла ко мне и с ненавистью влепила мне пощечину. Я спрашиваю: за что? Я уже не помню, что я им ответил и что они мне ответили, но видно было - они не знали с чего начать. Наконец, милиционер дал указание меня обыскать . У меня нашли в кармане кастет, о котором я начисто забыл. Надо отметить, что в пятидесятых годах двадцатого века кастет был частью джентльменского набора всех пацанов пересыпьской Одессы, да и Молдаванки тоже, не говоря уже о «канаве» ( сегодня Польский спуск). У меня отняли кастет, спросили, откуда я приехал, что я делаю в Ленинграде? Когда я сказал, что приехал из Одессы, они воскликнули: ну, теперь все ясно - бандит. Меня отвели к следователю на четвертый этаж. Там состоялся допрос на предмет, кто мне дал этот кастет. Я сказал, что сам сделал и что у нас все пацаны носят кастеты, но это не значит, что они все бандиты. Как раз наоборот - кастет служит для САМО защиты от бандитов. В конце концов, следователь понял, что перед ним не бандит, пожелал мне успешно сдать экзамены, и если я еще раз буду замечен в чем- то противозаконном, то буду иметь неприятности. За последующие восемь лет жизни в Питере у меня ни разу не было дела с милицией. Так на второй день своего самостоятельного пребывания в городе трех революций я столкнулся с самой вопиющей безнравственной стороной «строителей прекрасного будущего». Потом я понял отчетливо, что три революции плюс гражданская война сильно искалечили души людей, разделенных на два лагеря: партийных и беспартийных, белых и красных. Новая общность «советский человек» ненавидела друг друга. Те, кто получал хоть крупицу власти ( например, дружинники), пользовались ее в избытке, перебарщивали в своем старании выслужиться, унижали и оскорбляли своих соотечественников. Некоторые дружинники, особенно в первые годы своего существования,- помощники милиции, проявляли в своих действиях самые низменные инстинкты и черты характера, взлелеянные атмосферой трех революций.
Во время вступительных экзаменов произошло еще два неприятных для меня события. Во время тренировок по спортивной гимнастике я заметил, что один парень очень старался показать какой он хороший гимнаст и на перекладине выполнял довольно сложные элементы, которые требуют страховки. Я подумал тогда: зачем ему хвастаться, делал бы то, что нужно для экзаменов. Когда закончились экзамены, я узнал, что этот парень сорвался с перекладины или брусьев - уже не помню - и разбился насмерть. Это меня потрясло. Я ходил вне себя от горя, мне искренне было жалко этого парня, который очень хотел быть интересным и лучшим. Где- то на втором или третьем курсе я узнал, что на соревнованиях в Киеве разбился, упав с брусьев, мой настоящий друг Виктор Шебистов. Вот уже прошло пятьдесят лет, а я помню и имя, и фамилию моего друга юности. Витя был красивого телосложения, накаченный, в сравнении с нами «дохляками», но, главное, он был очень добрым и отзывчивым юношей. Я долго горевал и размышлял о краткости человеческой жизни, о том, почему так рано уходят из жизни именно хорошие, добрые и красивые люди. Я всю жизнь помню Витю Шебистова, как одного из лучших людей, которые встречались мне на жизненном пути. Всю жизнь себя корю, что встречаясь с нашим тренером Геннадием Сергеевичем Ступишиным, я не спросил, где похоронен Витя. Сейчас, когда пишу эти слова, я вспомнил, что недалеко от меня живет свидетель гибели Вити, возможно, он знает, где похоронен мой друг юности. Прерываюсь и иду звонить Виктору Анарчеву, заслуженному тренеру Украины по женской спортивной гимнастике. Мы с этим Витей были в нормальных отношениях, но никогда и намека не было на дружбу между нами. Он среди нашей команды был самым неказистым и корявым, с фигурой, похожей на вопросительный знак. Он, как гимнаст выглядел неуклюжим, но, как тренер, оказался более чем талантлив; его девочки выступали даже за сборную Украины, но имена их я не знаю, хотя при встрече он мне их называл. Да, в данный момент Вити Анарчева нет дома, да и жив ли он еще, я тоже не знаю. Дай Бог, чтобы был жив и здоров.
И вот вечером я дозвонился; слышу женский молодой голос - подумал дочь Вити-: -А Вы не туда попали. Здесь такой не живет.
- Простите меня за беспокойство, но мне важно знать, куда делась эта семья. Они, вероятно, Вам продали квартиру?
-Да, мы купили эту квартиру, но имели дело с матерью и дочерью. Отца, кажется, больше нет. Я боюсь ошибиться, но поэтому они и продали квартиру. Кажется, они переехали на жилой массив имени Котовского.
- Простите за беспокойство, - сказал я отрешенно, испытывая в душе что-то тревожное и болезненное. Неужели Витя Анарчев ушел из жизни! Мне придется разыскать его семью и выяснить, правда ли это?..
На этой грустной ноте я заканчиваю рассказ о юношеском периоде моей жизни в Одессе, хотя уже нахожусь в Ленинграде, и в приятном ранге учащегося техникума физкультуры и спорта имени Трудовых резервов. На тот период мне уже стукнуло 18 лет…
0 Курлиец #
20 января 2020 в 09:37 → Воеводата Генчо Къргов
10 декабря 2019 г. ·
Петър Русев
Прочитал недавно информацию про воеводу Генчо Къргова. Очень впечатлило. Поэтому, предоставлю свои наблюдения и размышления на эту тему. Так получилось, что сегодня была возможность побывать в Каланчаке (Дермендере). Как говорят, первые впечатления очень важны. Село мне понравилось. После ремонта школа, ДК. Напротив сельского совета в парке строят фони бювет. Дорогу отремонтировали на совесть - от центра села до Измаила. Жители говорят, что асфальт стелили в два слоя. Дорога мне очень понравилась. Для Болградского района - больная тема. Церковь в селе сохранилась и сейчас в процессе ремонта. Пока было время, побродил по селу, побывал на кладбище. Вообще, кроме кубейского кладбища, пришлось побывать в Болградском районе только на Болградском и Жовтневском и то по известным причинам. А тут, сам и на кладбище в незнакомом селе... Но любопытство взяло верх. Так вот, не видел там ни одного надгробья хотя бы конца 19 века. Сложилось такое впечатление, что раньше в селе было старое кладбище, а на этом начали хоронить в начале 20 века. Для села 19 века кладбище находится далековато от села. Так что, попытка найти могилу воеводы не увенчалась успехом. После этого предоставилась возможность пообщаться с головой села - Дмитрием Дмитриевичем и учителями школы. Моя информация про воеводу их впечатлила и удивила, ничего никто даже и не слышал. Надеюсь, я их заинтересовал. Теперь о моих размышлениях, если кому интересны:
Возможно было старое кладбище, на котором и был похоронен воевода
возможно он был похоронен у церкви, но вокруг неё, естественно, ничего не сохранилось.
Это только мои предположения, возможно в процессе исследования кто-нибудь узнает что-то новое. Желаю всем удачи в поисках.
Хочу поблагодарить Василия Кондова и Пламена Ивановича за публикации о Генчо Къргове, очень интересно. Думаю, что еще многие будут им интересоваться, и в первую очередь жители села Дермендере.
ВАЛЕНТИН КИРЬЯЗОВ Этот трусовато спрятавшийся под безликим ником Ongal Princedom‎
автор явно болен русофобством, но хочет выглядеть "объективным" историком. Однако националист не может быть объективным историком по определению. Знает ли автор, сколько болгарских кораблей затоплено на траверзе Севастополя? Но как они там оказались? Ведь Болгария не воевала с СССР, и значит болгарским военным кораблям нечего было делать у берегов Крыма. На самом деле болгарские военные корабли загружались в Варне и особенно в Бургасе боеприпасами, уходили в румынскую Констанцу (для маскировки) и оттуда в составе вражеского германско-румынско-болгарского каравана шли к Крыму, снабжали артиллерийскими боеприпасами, горючим, продовльствием, обмундированием (кстати, пошитом в Болгарии) фашистские дивизии, осаждавшие героический Севастополь.
0 Курлиец #
7 января 2020 в 11:42 → Кто убил Иисуса Христа?
«МММ» НАЧАЛА ЭРЫ
Чтобы взять под контроль финансовые потоки храма, Пилату нужна христианская партия. И в 31 году к празднику Пятидесятницы апостолы во главе с Петром прибывают в Иерусалим, что называется, с первым дилижансом.
Петр и Иоанн выходят на площадь храма и делают ряд программных заявлений. Петр - «заместитель» Христа, Иоанн - юное дарование, будущий создатель бестселлера «Апокалипсис». К чему же они призывают? Они призывают строить пирамиду! Они призывают сограждан продавать дома, земли, мастерские - и вкладывать деньги «в апостолов». Что происходит?
Ничего особенного - Пилату нужен оборотный капитал для финансовых спекуляций на меняльных столах. Понимая, что Пилат вскоре отнимет у синедриона валютно-спекулятивный бизнес, и пользуясь эдиктами Тиберия, левиты начинают лихорадочно вкладывать деньги в недвижимость - покупают у граждан мастерские, дома, виноградники. Апостолам это на руку: вырученные деньги горожане несут под большие проценты апостолам.
Причем разборки идут уже на чисто мафиозном уровне. Некая супружеская чета - Анания и Сапфира - продали свою землю и принесли деньги в свою новую христианскую Семью. Но часть денег от Петра супруги все же утаили. Узнав об этом, апостол Петр убивает супружескую чету прямо у храма!
0 Курлиец #
26 декабря 2019 в 15:02 → Измислицата "Гърция"
Този процес продължава повече от хиляда години, след което Гърция е етнически прочистена от най-старото си население (2). За да избегнат трако-пеласгийски претенции за връщане на земи, гърците създават много заблуди. Изкарват бившите си господари жестоки и примитивни варвар, скриват постиженията на Орфей, Музей, Лин, Евмолп и др...А в по-късни времена, благодарение на умелата пропаганда мнозина бяха заблудени, че Дионис, Арес и Зевс са елински божества. Мизите, прославили се по три континентта (3) бяха наречени татари, туранци и угрофини. Всъщност тези машинации на южните ни съседи са само продължение на експанзионистката им политика провеждана в античността. Ако българите се изкарат чужденци, то те нямат изконно право върху земите, в които живеят. По този бе “узаконена” и “оправдана” стратегията на асимилация и изтласкването на дедите ни на север, довело до отнемане на много наши територии.
http://sparotok.blog.bg/politika/2010/02/09/koi-osnova-atina.489794
КИРЬЯЗОВ
Аполлон Скальковский "Опыт статистического описания Новороссийского края" Од. 1850, в 2-х т., т. 1-й, с. 237: "Когда на основании 4-й статьи Бухарестского трактата дозволено было всем бывшим турецким подданным , буде пожелают, удалиться из России в Турцию, чем немедленно воспользовались ногайцы, болгаре,хотя участь их была вовсе еще не обезпечена,в числе 3000 семей остались в крае"
0 Курлиец #
20 декабря 2019 в 18:45 → Прощай моя родина! И.Серт
«АЙДИ»!

Спойлер
0 Тихомир Козловски #
15 декабря 2019 в 23:06 → Сталинский план.
Пока Россия не освободится от жидов гребанных, мира и покоя для народов, живущие на ее территории не будет. Если это произойдет, тогда она встанет на своих ногах и сможет помочь другим народам, ибо если им не поможет, тогда эта мразь просколзнется опять в нее и тогда всем будет крышка.
0 Тихомир Козловски #
15 декабря 2019 в 22:38 → Измислицата "Гърция"
Гърците отдавна са доказали колко струват, но американо-чифутските напъни да изкарат Атина "черна" са безкрайно смешни и жалки, както и всичко идващо отвъд Атлантика и устието на Темза.
ПРОЩАНИЕ С ОДЕСОЙ …

Жизнь-это преодолнние

В начале июля 1956 г. я написал заявление об увольнении меня с 15 числа. Когда мое заявление было принято к исполнению, мне выдали обходной лист, который я «постепенно» подписывал в различных административных инстанциях. Что любопытно. На следующий день, после подписания моего заявления об увольнении, станок, на котором я работал, «исчез», будто ураганом снесло; его перенесли в инструментальный цех, где работают токари более высокой квалификации.
Помню, на мгновение этот факт слегка поласкал мое самолюбие, но не более. Вида я не показал, носа не задирал, что мне вообще не присуще. Мне было все равно, так как мысленно я весь был в Ленинграде.
После увольнения с завода(ЗОР), я принял решение вообще выписаться из Одессы, как бы сжигая за собой все мосты и не давая себе расслабиться: обратной дороги нет - только вперед к намеченной цели. Ничего в этом опасного не было, так как в послевоенное время рабочих рук не хватало по известным причинам, и получить прописку не составляло труда. Но все- таки я как бы «пугал» себя, подбирая методы самоподстёгивания и стимулирования.

… Мой багаж поместился в маленький чемоданчик типа современных дипломатов. Я ехал в Питер без зимней одежды. Сейчас мне трудно вспомнить, какой она была эта зимняя одежда; а, может, у меня ее и вовсе не было, раз не помню. Точно помню, что первое драповое пальто мы купили по инициативе жены в Москве в районе 1972 или 1973 года. А ведь я тогда уже имел «в кармане» высшее образование; так нам платила советская власть.
Ехал я в плацкартном вагоне, так как купейные вагоны считались недосягаемыми для простого рабочего. Впоследствии я буду ездить то в общих, то в плацкартных вагонах. Билет стоил, кажется, семь рублей до Ленинграда. Надо иметь в виду, что и килограмм картошки стоил 12 копеек.
Не знаю почему, но атмосфера поезда мне нравилась, да и сам поезд, как средство передвижения. С новыми людьми я старался быть общительным, сам заводил разговоры, первым представлялся спутникам по купе, сообщал о цели своей поездки, так как скрывать мне нечего было. Надо учесть, что у меня не было родственников, с которыми я мог бы поделиться своими мыслями, планами, и поэтому моими собеседникам становились все люди, которые встречались на моем жизненном пути.
Я очень любил стоять в тамбуре и смотреть на пролетающие мимо селения,, поля, леса, полустанки; я как бы проходил пешком по огромным пространствам страны, я познавал, таким образом, города, села и деревни тех республик, которые проезжал поезд. Вот почему еще я любил поезд. Мне не нравились в поезде только туалеты - от них всегда несло неприятным запахом,и, казались мне, очень неудобными.
Как ни странно, меня очаровывал размеренный стук колес, то сильный, то слабый, то с длинной дробью, то с короткой - весь этот «оркестр» или убаюкивал меня, незаметно унося в сладкую дрёму, или наводил на длинные размышления о том, о сем. Сейчас я не могу вспомнить всю гамму своих ощущений в момент, когда поезд, дернувшись пару раз вперед- назад, медленно начал свой ход, но точно помню, что я испытал какое – то облегчение, будто снял с себя очень тяжелый груз.
В пределах города поезд двигался не торопясь, будто боялся споткнуться. Я стоял у двери в тамбуре и мысленно прощался с хорошо знакомыми одесскими рабочими кварталами. Незаметно мой вагон поравнялся с мастерскими завода имени Январского восстания. В моей памяти всплыли воспоминания о том, как я проходил здесь учебную практику, как добирался до завода на попутках, как падал и разбивал в кровь коленки, локти, прыгая на ходу с заднего борта, быстро едущей грузовой машины. Забегая вперед скажу, что через десять лет мне придется снова надеть рабочую робу и стать за токарный станок, чтобы заработать средства на жизнь, чтобы иметь силы продолжить изнуряющую борьбу с административной прямолинейностью, человеческой жестокостью, убийственным равнодушием и бесчисленными человеческими подлостями.
… Вот и отмелькали рабочие районы Одессы, отскочили окраинные хилые и неприглядные постройки в конец состава, и перед моим взором разостлалась, облитая южным солнцем степь, белеющая ковром убранной пшеницы.
Я прощался с Одессой. Что- то защемило в душе… Прощай прекрасная Одесса, так сильно полюбившаяся пацану из Бессарабского села Новые Трояны! Прощайте Аркадийские скалы, украшенные оборками волн иногда бушующего Черного моря! Прощай Отрада с лодочной станцией, подарившей мне столько радостных и сладостных дней в лодке на прокат! Спасибо! Прощайте стадионы «Динамо», «Спартак» и «Пищевик»! Прощай и ты, сказочно- фантастический ВЕЛОТРЕК! Вы все подарили моим отрочеству и юности столько прекрасных мгновений, столько бурных эмоций и наслаждений этим удивительным видом человеческой деятельности по имени СПОРТ; вы все до «Конца» будите жить в моей душе, которая благодаря именно вам крепла и училась бороться с невзгодами жизни.
Говорят - жизнь- это борьба. А может быть жизнь это больше ПРЕОДОЛЕНИЕ и СТРАДАНИЕ? Как бы там ни было, но я точно знаю, что жизнь- это очень НЕЛЕГКО.
В 1956 году поезд из Одессы до Ленинграда шел тридцать два часа. Мне тогда показалось гораздо дольше. Я торопился скорее доехать. Я горел желанием учиться, стать большим спортсменом…Я жаждал новой жизни и ждал от нее много таинственного, неведомого, но что-то очень приятного, хорошего, доброго. Да и сам город представлялся мне сказкой, в которой все мечты сбываются. В первый свой приезд я мало чего запомнил конкретно. В моей памяти отпечатался общий вид красивейшего города, который поражал, ошеломлял и восхищал. Теперь, подъезжая к Ленинграду, я был весь наэлектризован, слегка нервничал, сладостно волновался, как артист перед выходом на сцену. В глубине души я очень надеялся на лучший удел, как писал мой любимый Есенин
КУЗНЕЦ СВОЕГО СЧАСТЬЯ

Итак, в субботу в 17 часов я стоял у токарного станка на новом рабочем месте. По моей настоятельной просьбе меня перевели из второго механосборочного цеха в более хороший, по слухам, -первый цех. Как окажется впоследствии – это было последнее моё рабочее место в г. Одессе на Пересыпи. Мне предстояло изготовлять очень важную деталь для диска на плуге - ось. На этой оси держался диск, который ровнял борозду, не позволяя земле засыпать ее. Эти оси нужны были в больших количествах, а их делали за рабочую смену по 100-120 штук. Ведь плуги делали и на Индию. В конце смены, в 23 ч. 45 минут я посчитал количество сделанных деталей, и получилось ровно 180 штук. Мастер цеха, по кличке Васька -сумасшедший, сказал мне коротко: молодец! И велел с понедельника выходить на работу в первую смену. Тогда работали и по субботам в три смены.
В понедельник в восемь утра я уже стоял у станка. Весь цех заговорил обо мне, поэтому в понедельник все тайком следили за мной, мол, что же будет сегодня, повторю ли субботний рекорд.
Я установил еще вчера заточенный резец, включил станок, настроил на нужные размеры лимб (на нем деления), включаю суппорт, резец врезается в металл и ломается. Я спокойно остановил станок, снял резец, отправился в середину цеха к наждакам и стал тщательно его затачивать. После заточки я также спокойно вернулся к станку, установил резец, настроил лимбы по диаметру и длине на нужные размеры, включаю суппорт, резец врезается в сталь и ломается. Меня это встревожило и насторожило. Я снял деталь и увидел на ней полоски – царапины. Это значило, что деталь прокручивалась в патроне. Я подумал: ведь в субботу я проработал восемь часов и ничего подобного не случилось. Неужели кто-то поменял патрон? Ведь кроме меня на этом станке никто не работает. Я не стал выяснять у мастера этот вопрос, а взял в инструменталке(где выдают инструменты) специальный резец и в течение двух часов миллиметр за миллиметром стачивал кулачки патрона. К десяти часам я приступил к изготовлению детали. Я не боялся опозориться, а только еще больше захотел доказать свое умение работать, несмотря на чьи-то происки, хотя можно допустить, что именно к этому времени и стерлись кулачки патрона, потеряв нужную цепкость. Но это маловероятно. Помню, я никого не подозревал и ни на кого не озлобился. Был спокоен как удав.
В ремесленном училище мастер нам настойчиво внушал, что прежде чем взяться за изготовление детали, надо тщательно изучить чертеж. Размеры детали я знал, чистоту рабочей части определил, точность выяснил, но сейчас, когда потерял два часа, мне вдруг пришло в голову посмотреть чистоту нерабочей части детали. К своему удивлению я увидел, что поверхность нерабочей части может быть грубой, то есть, напоминать мелкую резьбу. Но для этого каждый раз надо было переключать нортон( скорость движения суппорта) на большую скорость. Эта манипуляция занимала одну секунду, и все же это было лишнее движение. Это меня не смутило, и я решил попробовать работать в новом режиме, при котором резец пролетал по нерабочей части буквально - вжик и готово.
С десяти часов утра и до двенадцати (до обеда) я ни на секунду не отходил от станка. Когда в двенадцать часов я выключил станок, то ящик для готовых деталей наполовину был заполнен. Я не поленился, и для интереса, так сказать, посчитал детали, и получилось ровно сто штук. Прошу публику заметить - за два часа работы! Мне вдруг стало интересно, сколько же я сделаю до конца смены - оставалось еще четыре часа работы. Я решил сократить обед на полчаса. Обычно мой холостяцкий и молодежный обед состоял из бутылки молока или кефира, или лимонада и четырех- пяти пирожков с повидлом или с горохом. Все дешево и сердито. Но после работы я питался нормально, то есть – первое, второе, салат, третье-компот или кисель.
В 12,30 я уже включил станок. Резец дозаточивать не надо было. Тут я замечу без хвастовства, а истины ради, что у меня хорошо получалось затачивать резцы в зависимости от требований обработки той или иной детали. Многие ребята в цехе просили меня затачивать им резцы, что я делал с пребольшим удовольствием. Мой резец работал все восемь часов. Итак, я начал «молотить». Я уже не торопился, работал спокойно, гнаться мне не за кем было - я соревновался сам с собой. В 16 ч. 45 мин. Я решил посчитать, сколько деталей сделал. Получилось 225 штук - ящик был полный с горкой и на полу еще кучка. Вот уже прошло с тех пор 43 года, а эту цифру я помню, будто бы это было вчера. Мастер Васька- сумасшедший подошел и спросил, сколько сделано деталей. Он засомневался и попросил при нем пересчитать. Когда досчитал до двухсот, мастер остановил меня - видно это его утомило. Контролер подтвердил мою цифру и одобрил качество и точность. Васька был в шоке. Такого количество на заводе еще никто не делал. Тогда было модно передовиков прославлять «молниями»- художником написанная информация о делах цеха. На следующий день в цехе висела «молния», которая сообщала всему рабочему классу цеха, что такой-то рабочий (Я) перевыполнил план на 333 %. На меня «молния» не произвела особого впечатления и не ласкала мое самолюбие. Я считал, что ничего особенного не совершил, что это естественно и нормально для токаря моей квалификации. Если бы кто-то еще делал эту деталь, то я бы схлопотал, так как нормировщики всех держали под «колпаком»- снижали расценки, чтобы слишком много не зарабатывали. Но сам факт, что18 летний парень из бессарабского села Новые Трояны стал передовиком производства, является символичным и о многом говорит…

Государство, а точнее, аппарат управления, который мы привыкли называть государством, держал свой народ в теле, чтобы не зажирался, чтобы каждый день думал о куске хлеба и был бы благодарен партии за это. Сегодня, в конце хх века, та самая единственно правильная, руководящая и направляющая, «любимая» и «родная» находится в жесткой оппозиции, иногда правильно критикуя систему, но в свою бытность всех критикующих ее отправляла за колючую проволоку - в лагеря и тюрьмы. Ради истины замечу, что у советской власти было и очень много хорошего… Вообще при любой власти-системе в нашей стране человек был бесправен, и каждый день жизнь каждого из нас висела и висит на волоске; нас могут взять и уничтожить – и никто не пикнет - мы живем в этой стране случайно. Да, ладно, чего сокрушаться… Лично я всегда надеялся только на себя, что доказывается всей моей жизнью, хотя по молодости часто нарывался на власть, рискую попасть в ее жернова…
… Вот с этих 225 деталей и началось мое восхождение к «вершинам» рабочей славы. Мастер, Васька -сумасшедший, прямо-таки стал моим другом. Когда я работал во второй смене, мы всегда вместе обедали в столовой напротив завода - через дорогу - и обязательно выпивали «маленькую»- чекушку, а иногда и больше.
Начальник цеха при каждой встрече всем своим видом, приветствием, коротким разговором подчеркивал свое уважение ко мне. Мне это было приятно, и стимулировало мое желание еще лучше работать. Я начал хорошо зарабатывать. Меньше двухсот деталей в смену я не делал, а это составляло пять рублей, а до денежной реформы - пятьсот рублей. Одна деталь стоила две с половиной копейки.
Вообще в первые два месяца я делал в смену по 220, 230, 240 и даже по 250 деталей. Молнии о моем перевыполнении плана выходили каждый день. Я стал самым популярным «хитом» цеха. Нормировщики не смели понижать расценки, так как деталь была очень важной для полной комплектации плуга.
Жизнь моя вошла в нормальное русло; я хорошо зарабатывал, пользовался уважением администрацией цеха и рабочих. На работу я выходил всегда в чистой робе (рабочая одежда), которую сам и стирал. Большинство рабочих ходили в промасленной и вонючей робе.
Вне работы я вел активный образ жизни; три раза в неделю посещал тренировки по спортивной гимнастике, по воскресениям ходил на ипподром, что на 4-ой станции Большого Фонтана, не пропускал ни одного соревнования на велотреке, обязательно компанией ходили на все футбольные матчи на стадионе Пищевик («Черноморец). Там же в парке «Шевченко» вечером ходили на танцы на так называемый «Майдан», встречался с девушками, с которыми в одесский период жизни дальше неумелых поцелуев и неуклюжих «зажимосов», как мы выражались тогда, дело не заходило.
Когда я работал во втором механосборочном цехе, заработка на жизнь не хватало. В этот период у меня был круг приятелей, с которыми я проводил свой досуг. Они тоже мало зарабатывали. Один из ребят занимался со мной в секции спортивной гимнастики - я его сагитировал. Он и другие ребята иногда подворовывали - когда не хватало денег на что-то. То есть, в принципе воровать они не хотели - нужда заставляла. Выходит, что советская система ограничения заработка, служила толчком к развитию негативно – криминальных черт характера тогдашней рабочей молодежи. Надо иметь в виду, что известная банда «Чёрная кошка» тогда еще не стала легендой, а была жестокой реальностью жизни.. Было ли её влияние на молодое поколение, мне неизвестно.. Рабочий вынужден воровать – вот трагический диссонанс советского общества!!! Был такой случай. У Пересыпьского моста находился единственный кинотеатр на территории от моста и до поселка Котовского, который тогда еще не существовал. Итак, мы собрались в кино, но, оказалось, не хватало немного денег. Ребята попросили меня постоять у кинотеатра, а они, мол, скоро придут. Действительно вскоре они вернулись с деньгами, купили билеты и мы пошли в кино. Потом я узнал, что они «разбивали» - вскрывали, бывшие тогда в моде, женские сумочки «дурочки». «Дурочками» называли эти сумочки из – за того, что они легко вскрывались. Я всю жизнь испытывал благодарность к этим простым рабочим и моим приятелям за то, что они не вовлекли меня в свои вынужденные воровские «экспедиции». Вскоре одного из этих ребят - очень хороший парень и всеми уважаемый - убили в общежитии за то, что он без разрешения одел чужую шинель, идя на свидание с девушкой. Мы все были поражены этой жестокостью. Ведь, попросить или просто взять, если человека не было дома в этот момент, сорочку, куртку, брюки, ботинки, идя на свидание, среди нас было делом обычным, так как у всех одежда состояла из единственного экземпляра. Так этот псих и подонок, хозяин шинели, взял топор и ночью, когда наш приятель спал, тремя ударами зарубил его. После этого столь трагического случая я перестал проводить свой досуг с этими ребятами. У меня хватило ума и такта сказываться занятым, когда они приглашали меня куда-то пойти вместе отдохнуть. Что интересно, врагов у меня не было, со всеми я ладил, ни с кем не ссорился и не дрался, меня уважали, так как я был спортсменом.
Но прежде чем отойти от стрёмной компании ребят, склонных иногда к обыкновенному воровству, я с ними провел довольно бурную жизнь осенью 1955 г. В рабочие дни я ходил три раза в неделю на тренировку, а субботу и воскресение посвящал активному отдыху. Если не было спортивных мероприятий, мы собирались компанией после двух часов дня и пили. До самостоятельной работы на заводе я иногда попивал только вино и не помню, чтобы когда - либо напивался до «чертиков». До самостоятельной работы на заводе, меня вообще к спиртному не тянуло. Теперь же, в рабочей компании, я серьезно начал пить водку. Мало того, что пили водку, так ребята предложили новшество – ноу хау, так сказать, - смешивать водку с пивом. Эта адская смесь называлась «ёрш». Этот коктейль действовал убийственно. Ведь мой «чистый» организм не был готов к восприятию сильного алкоголя. Если мы не напивались до блевоты - значит, плохо провели время. Или, как говорят сегодня- деньги на ветер. От этого периода моей сиротской жизни у меня осталось впечатление, будто бы я облевал весь парк Шевченко. Если мы шли на танцы ( читай - дискотека) то обязательно должны были нажлёкаться. Ничего не поделаешь - таков мир глупенькой и романтической юности. Здесь надо иметь в виду немаловажную деталь - мы все были сиротами, и за нами не было кому следить и контролировать, и тем не мене, мы все выжили и сохранились. Наша рабочая юность поднимала из руин наше народное хозяйство. Мы познавали жизнь самостоятельно, имея перед собой пример вернувшихся с войны старших, в душе которых трагедия потери близких и друзей продолжала бередить старые раны.
Да, молодость жаждет развлечений, а на развлечения элементарно нужны деньги. И какой бы зарплата хорошей ни была, молодым потребностям ее всегда будет не хватать. Однажды я написал своему дяде Василию, чтобы он прислал мне денег, и что если он не пришлет, я их всех, мол, знать не хочу. Я тогда не подумал - откуда в селе деньги, если они все работали за «палочки»- трудодни - в конце года им выдавали «натуру». Дяде прислал мне пятьдесят рублей, но мне и до сих пор стыдно за эту мою просьбу. Ведь я бездумно просто прогуливал деньги, а ему нужно было вырастить картошку или лук, потом ехать в г. Болград на базар, продать, а потом только прислать мне….
Как уже было сказано, я перевелся работать в другой цех, и это изменило стереотип моего поведения. Зима 1956 г. немного охладила мой юношеский пыл; я стал серьезней в связи с новым рабочим статусом - передовик производства -, понял, что деньги надо экономить, так как просить у дяди Василия, родного брата и друга моего отца, я больше не только не собирался, но подумать не смел. Я начал почитывать книжки, готовясь к поступлению в техникум физкультуры и спорта «Трудовых резервов» в Ленинграде.
Весной 1956 года, кроме тренировок, начал дополнительно «качаться», по утрам бегать, делать зарядку и учить математику, алгебру и геометрию, которые одним предметом составляли один экзамен. Эти предметы были для меня страшнее чёрта. Эта область человеческих знаний и до сих пор является для меня «темным лесом». Я тогда задавал себе вопрос: и зачем спортсмену алгебра?
С весны 1956 г. моя жизнь будто покатилась под гору; я жил ожиданием конца июля месяца- числа 25- го я планировал отправиться в Ленинград для сдачи экзаменов, которые начинались первого августа. К работе я потерял всякий интерес - я уже видел себя в другом качестве. Работа стала для меня жестокой необходимостью. Я устал от однообразия серийного производство, в котором нет места инициативе и творчеству. На этой детали я достиг совершенства. Мне стало неинтересно работать, а жить хотелось интересно и увлекательно - в соответствии с требованиями моей натуры. Мне хотелось в токарном деле творчества, разнообразия; чтобы, придя на работу, ты мог взять чертеж новой детали, спокойно изучить его, определить степень точности, чистоты, сделать расчеты; если это внутренняя или внешняя резьба, рассчитать дюймы, что мне всегда нравилось, и было интересно - одним словом, каждый день ты думаешь и работаешь, и когда у тебя все «клеится», ты получаешь подлинное удовлетворение от работы и процесса производства. Такая творческая работа была только в инструментальном цехе, куда попадали токари шестого и седьмого разряда, и то по блату, а молодым туда дорога тем более была «заказана».
Вообще, дело не в том, что не у всех были равные возможности проявить себя как специалиста. Мне уже было неинтересно работать на серийном производстве; и даже не потому, что было неинтересно, а, скорее всего потому, что у меня созрели другие желания, влекли иные устремления, четко обрисовалась новая цель. Было ли это целью всей жизни, я тогда еще не знал, но мне очень хотелось быть таким, как Виктор Чукарин, Борис Шахлин и Валентин Муратов( я всех их видел в Одессе во время тренировки); в послевоенные годы эта троица, победив врага и защитив Отечество, залечив боевые раны, постепенно возвращались к мирной и спортивной жизни. На первых же послевоенных Олимпийских играх они продолжали бить «врага» на мирных гимнастических снарядах. Сегодня спортивная гимнастика достигла фантастических вершин, но общественность забыла тех, кто заложил фундамент и дал старт нашим победам. Я не видел ни одного фильма об этих, поистине, легендах спортивной гимнастики. А ведь Виктор Шахлин еще жил и здравствувал. Правда, в этом смысле, больше всех обласкана Лариса Латынина ; она как бы сосуществует в современной спортивной жизни, хотя в своих рассказах журналисты больше делают упор на фермерские способности и успехи легендарной Ларисы Латыниной.
Итак, спорт в то время занимал всего меня, и на этом поприще я стремился реализовать себя. Сейчас, когда я пишу эти строки, с тех пор утекло много воды , но мое отношение к спорту, к физическому развитию человека не изменилось. Я продолжаю считать, что спорт это часть человеческой деятельности также, как и любая другая, а физические упражнения, разумно используемые, в соответствии с возрастом, неминуемо принесут человеку только пользу его здоровью. Спорт- это проверка человеческих возможностей на физическом уровне. ВПЕРЕДИ МЕНЯ ЖДАЛИ ЛУЧШИЕ И САМЫЕ СЧАСТЛИВЫЕ ГОДЫ МОЕЙ ЖИЗНИ- УЧЁБА В Ленинградском «Техникуме физкультуры и спорта имени Трудовых резервов» …
0 Курлиец #
30 ноября 2019 в 14:18 → Прощай моя родина! И.Серт
ВОЙНА

Спойлер
0 Валерий #
11 октября 2019 в 11:27 → " Надежда" П.А. Кайряк
С интересом прочитал об однофамильцах и их судьбе . Узнаю новое о жителях Тараклии, моей малой Родине. Спасибо!
0 Леонид #
14 июля 2019 в 09:56 → Русские тараклийцы
Спасибо за статью.
0 Иванчу #
30 июня 2019 в 21:26 → Род Стамовы.
здравствуйте. во первых спасибо за ваш труд .. мне очень понравилось . я представитель петиржиков . Стамов Иван Дмитриевич. у нас. впереди меня. до петиржика 3 Дмитрия. мы потомки младшего сына Петра ----Дмитрия.спасибо . я очень много собрал информации о своих предках. теперь смогу закончить то что начал.
Христо Ботев "Положението на българите в Бесарабия" [в. „Знаме“, г. I, брой 15 от 9 май 1875 г.]
...Читателите на „Знаме“ твърде добре знаят какви мъки и теглила са принудили нашите деди и бащи да оставят своята свещена и богата земя България и да се преселят в голите и пустите бесарабски равнини; знаят така също с какви мъки и страдания е било придружено това преселение и какви нови и скъпи жертви са погълнали пепелищата на ногайските татари. Повече от 60 години са били потребни, за да може баснословното трудолюбие на българинът да обработи своята нова земя, да насади лозя и плантации, да изгради частни и обществени здания, школи и черкови, мостове и магазии и; с една дума, да доведе тая пустиня до такова завидно положение, щото, наместо онова безбройно число вълци и жаби, които по-напред са изявявали своите наследствени права за тие места, днес тие същи права изявяват държавните и конституционните мъже на Румъния. Но защо да крием? От началото на нашето заселение по тие места и до Парижкият трактат в 1856 г., т.е. до онова време, когато една част от Бесарабия се хариза на молдованите, ние сме живели спокойно, занимавали сме се със своите мирни и трудни занятия и старали сме се да бъдеме полезни и за себе си, и за държавата, която се отнесе така човеколюбиво към нас.
...От пролетес насам по Бесарабия са захванали да стоват множество американски агенти, които обещават големи привилегии на нашите доверчиви колонисти, ако би тие да се преселят във возточните територии на северните Съединени щати, дето се и преселват нашите съседи, руските немци.
....Разбира се, че тие обещания произвождат голямо волнение между нашите колонисти, тако щото, ако законодателната и изпълнителната власт в Румъния не изменят донейде своите кондиции за продаванието колонистките земи и ако правителството не гарантира съществованието на българската народност по тие места, то Бесарабия скоро ще да запустее. Множество колонии не са даже и орали тая есен.
И така, ето какво е положението на нашите колонисти в Румъния. Положение скръбно, нечовеческо и достойно за оплаквание. Положение, за което българското потомство ще да благодари тая страна, която ние сякога сме считали за съща и истинна майка, а тя, напротив, се показа зла и безмилостна мащеха. Ние ще да предадеме своите страдания на съдът на историята, и дето и да бъдем — в Русия ли или в Америка, в Турция или тука, — ще да се надееме, че славянските народи, с които е обиколена Румъния, рано или късно ще да премерят и нея с тоя същи аршин, с който тя днес мери нашата от сяка една страна онеправдана народност.