Душа Сихотэ Алинь.

0
Голосов: 0

223

Душа Сихотэ Алинь.


Театр
В заводском общежитии поселилась выпускница Хабаровского института искусств Ольга Т. и в комнату с моей невестой. Набирая молодёжь в театральную студию при заводском ДК, Ольга пригласила и нас, её знакомых. Было бы неприлично отказать ей в «раскрутке».
Но Оля явила себя необыкновенным специалистом своего, театрального дела. И это при том, что она родом из захолустного, таёжного Партизанска. А мы привыкли, что деятелями искусств могут быть только городские евреи.
Оказывается «наша жизнь» - это жалкие крохи от того, что можно, действительно, переживать.
Просто у нас нет таких навыков- глаза, а точнее, мозги наши зашорены «борьбой за существование», а душа спит. Мы просто биороботы, которых готовят для нужд экономики, хоть и социалистической.
Оля однако, будучи сама молодым специалистом, словно волшебница, раскрывала нам тайны бытия, размещая нас в шкуры зверей, насекомых, царей и подонков. Театр-это то, что вы пропустили или никогда не проживете в «реальной жизни» и в ней нет места для тренировки души. Поэтому все обыватели потребительского общества черствы, завистливы и скушны.
Оля заразила меня театром и я стал пробовать себя в качестве режиссера. Поводом, опять же, послужили , регулярно проводимые заводские смотры и конкурсы художественной самодеятельности между отделами и цехами. Поскольку во всех коллективах много молодёжи, то проблем с набором участников не было никаких.
Первым моим опытом стал спектакль, посвященный годовщине установления советской власти в Приморье. Сюжет был такой: молодому специалисту в профкоме поручили подготовить доклад на тему исторического прошлого Приморья. Молодой специалист оказался не простым и вместо посещения библиотеки, он изобретает машину времени и отправляется в прошлое «за материалом». И вот, на сцене сменяются картины из прошлого этого замечательного края : джурджени, крушение парусника Лаперуза, прибытие русских кахаков, японская оккупация. Сергей Лазо…В общем получилось очень интересно и меня отметили. Далее я замахнулся на «Как Иван дурак ходил за справкой» В. Шукшина, но для этого нужного умения у меня не хватило и спектакль не состоялся.
Зато эти театральные опыты пригодились при организации «Дискотеки». Тогдашние «дискотеки» середины 80-х имеют лишь одно общее со скачками, называемыми «дискотеками»- это музыкальная и цветовая аппаратура. Наша же «дискотека» была скорее молодёжным клубом. Гвоздём программы, конечно, была тогдашняя «диско» -музыка, которая, кстати, добывалась оперативно по блату от владивостокских моряков. Вот один из сценариев «дискотеки». Называется «Путешествие в Париж». Целую неделю несколько художников, наших друзей рисовали огромную декорацию Парижа. Фотографы делали слайды для видеоряда и входные билеты по моим эскизам. Суть вечера заключалась в том, что мы летали в Париж и там посетили музей с картинами знаменитых импрессионистов. Я исполнял роль музейного гида. Побывали на концертах Джо Дассена, Эдит Пиаф, Мирэй Матие, Шарля Азнавура, группы «Спейс» и т. д. Звезд французской эстрады также исполняли наши друзья, а иногда соревновалсь с ними в заочных конкурсах песни. «Пассажирам» рейса Арсеньев- Париж стильные стюардессы разносили соковые коктейли…Потом, конечно, были «скачки до упаду» и до позднего вечера. Такие вечера случались два раза в месяц, безплатно, своими силами и для своих друзей. Но в помещение ДК.

Спорт
Спортивный обхват работников авиационного предприятия был таков, что даже люди предпенсионного возраста имели возможность участвовать в соревнованиях: городки, турслёты, шахматы. А про молодёжь и говорить нечего. Я тут же восстановил все свои легкоатлетические достижения и навыки, забытые в институтские времена, стал одним из заметных спортсменов и однажды был приглашен в сборную города на краевые соревнования во Владивосток. Я бежал в эстафете 4х400 и на своём этапе позицию не уступил, хотя бежал среди «спецов». Дальше-больше. Меня пригласили в сборную завода по такому экзотичному виду, как пятиборье ГТО : стрельба, плавание, спринт, кросс и метание гранаты. Всей командой мы ездили регулярно на тренировки в бассейны Находки, Владивостока. Благодаря этому в 30-летнем возрасте, я побил свои рекорды времен, когда я занимался лёгкой атлетикой в 15-16 летнем возрасте: прыжки в высоту - 1м 65 ( 1м 55см) 100м - 11, 9 ( 12, 3) 800 м - 2м 03 (2м 10).
И заводские и краевые соревнования были многолюдными, напоминали олимпийские игры и в такие моменты ощущалась забота государства о гражданах.
В то время, как в моей, родной Бессарабии с ноября по апрель можно было лишь месить грязь, не вылезая из резиновых сапог, в Уссурийском крае стояла солнечная, снежная и морозная зима. Что может быть увлекательнее, чем лыжная прогулка по тайге ? А на местной Фудзияме-Халазе наши заводские умельцы и туристы устроили подъемник и зимой Арсеньев превращался в неформальный, горнолыжный курорт.
Каждую зиму проводился обще заводской лыжный праздник : гонки, футбол, шашлыки.
С весны начиналось первенство завода по футболу и я был капитаном команды нашего отдела.

Японское море и уссурийская тайга

Японское море по богатству подводной фауны и флоры также превосходит Чёрное, как лесное озеро бассейн в спортзале. В акватории залива Петра Великого разбросаны острова, на которые мы выезжали на выходные. Наш коллега по отделу по эскизам из «Моделист-конструктор» и на технологической базе завода умудрился наладить производство винд-сёрфов для друзей еще тогда, когда даже на Западе они только появились по бешенной цене. Наш же моделист-конструктор разработал и делал из стекловолокна сёрфы двух видов: пляжные и туристические. В туристических имелась «корма», где помещались продукты, котелки, снасти, одежда. Палаткой служили паруса. Однажды он с другом совершили переход по островам залива в сотни километров и об этом написали в журнале.
Ловить рыбу с лодки было проще простого: привязываешь леску на палец, наживкой служат легкодоступные мидии и понеслась…Не какие-то, однообразные бычки, а десяток видов. Там я впервые попробовал красную икру и рыбу: горбуша, кета, чавыча. Трепанги, корюшка, китовое мясо, изюбрятина.
Душа Сихотэ Алинь.

Испытание
«Был уже месяц март. Во Владике стояли уже по-весеннему теплые деньки, засинело море вдали от берегов. Но возле берега море еще было сковано льдом. Каждое воскресенье это ледовое пространство покрывалось чёрными фигурами рыбаков и автомашин. Ловили корюшку целыми семьями.
И, вот, однажды в конце недели Анатолий Петрович предложил мне разделить с ним компанию и порыбачить.
Утром, в воскресенье, он заехал за мной, захватив с собой для меня меховые рыбацкие штаны, куртку, шапку и поехали подальше от центра на остров Русский через новый мост, который придал Владивостоку более современный вид. Однако и на Русском было полно народу, и нам пришлось пробираться от берега почти целый километр. Наконец мы выбрали место, просверлили две лунки и принялись за дело.
Ловить было одно удовольствие, очень быстро мы наполнили целую корзину и решили попить чаю , перекусить. К этому времени солнце уже по-настоящему жарило, и пришлось поснимать куртки. Стали пить чай и заводить разговор. До этого момента мы общались лишь с помощью дежурных, рациональных реплик. Я стал подумывать, как бы построить более доверительный разговор, как вдруг послышались шум и крики. Они исходили от прибрежной стороны.
Неожиданно все рыбаки повскакивали и стали беспорядочно собираться в группы и метаться. Я с недоумением взглянул на Анатолия Петровича и увидел в его лице военную суровость. Что бы это значило?
- Валера! Быстро одевайся . Нас оторвало.
Далее все развивалось, как в дурном голливудском кино ужастиков: послышались женские визги, детский плач, мужская перебранка. Оказывается, мы уже на гигантской льдине, уносимой течением и ветром из пролива в открытое море.
Началась паника, а через некоторое время раздался характерный треск, и я с ужасом наблюдал, как метрах в тридцати проползла огромной змеёй трещина и она стала расширяться.
Новый взрыв рёва. В трещину уже погружались два джипа, и их хозяева беспомощно метались вокруг них. Наша часть льдины оказалась совсем небольшой и её, к тому же, заливало набегающими темно зелеными волнами. Вот тогда я по-настоящему перетрусил: бешено колотилось сердце, и ноги стали ватными.
Нас ожидала смерть. Льдину уже колыхало, как гигантский плот. Соскользнуло еще несколько автомобилей. Народ столпился в центре льдины и, видимо, прощался с родными. Все кричали в мобильники и глядели в небо глазами, наполненными страхом.
- Валера!, -очнулся я от голоса Анатолия Петровича,- За нами пришлют спасателей. Но, по-любому, половина народа окажется в воде. Если такое случится, то не теряйся: в этой одежде можно продержаться в воде около двух часов. Главное пытайся удержаться на плаву.
Серые глаза Анатолия Петровича выражали спокойную уверенность. Она передалась мне ,и я был готов выжить любой ценой. И в это время на горизонте в небе появилась черная точка. Толпа на льдине замолкла, и все уставились в горизонт, а там появились еще две точки и через несколько минут стало ясно, что к нам летят вертолеты. А за ними последуют и суда.
- Каждую весну эта история повторяется,- продолжил Анатолий Петрович,- людей предупреждают, штрафуют, но разве наш народ этим образуешь? Вот, какого чёрта надо было везти сюда баб и детей?
Уже стали различаться контуры вертолётов, как льдина вновь треснула, и несколько человек провалились. Снова вопли, крики, плач.
Части льдины стали расходиться и опасно крениться. Первый вертолёт пролетел над нами и, видимо, направился к другим. Мы стали ждать следующие вертолёты. Ну, вот, один из них стал снижаться в нашу сторону, подлетел над нами и завис. Двери грузовой кабины открылись и оттуда полетели два тюка, и пока они долетали, развернулись и упали на лед в виде двух оранжевых спасплотов.
Ошалевшие от страха люди кинулись к плотам, но из-за столпотворения льдина стала крениться и стало ясно, что еще миг и все соскользнут в морскую пучину.
Кроме этого, возле плотов началась толкотня, потасовка и визги женщин. И в это время прозвучал выстрел. На мгновение все замерли, но в следующий момент прозвучал ясный . командирский окрик: Стоять! Всем слушать мои команды! Иначе мы все до единого утонем!, -это был голос Анатолия Петровича. Он держал в руке пистолет и подошел к ближайшему плоту.
- Всем мужчинам собраться в середине, вон возле того автомобиля! Первыми садятся женщины, дети и по двое мужчин по моему указанию. Всем ясно?!
- Во, командир, мля, нашелся! А пошёл ты дядя…, - парень, видимо, поддатый не успел закончить тираду, потому что Анатолий Петрович ловко его подсёк и парень грохнулся об лёд. Его сосед тут же бросился на выручку, но получил прямой удар кулаком в подбородок и свалился рядом. Анатолий Петрович наставил пистолет в толпу, и мужчины ворча стали отодвигаться к указанной точке. Анатолий Петрович подозвал жестом нескольких мужчин, и они принялись рассаживать присмиревших женщин и хныкающих детей.
Между тем, волны вовсю переливались через льдину, а один плот с людьми уже смыло в море. Вертолётов больше не было и, к тому ж, стало смеркаться. Но, вот пристыженные мужики вновь взволнованно заговорили: они увидели небольшой траулер, приближающийся к нам.
Все были по колено мокрыми и докуривали последние сигареты. Анатолий Петрович стоял вместе со всеми, но с ним никто не разговаривал. Вот траулер стал приближаться, спасплоты заарканили, подняли и вернули ко льдине для новой партии. Анатолий Петрович вновь напомнил о себе: по его указанию быстро рассадили более пожилых и, тут, он указал на меня. Послышался ропот, но Анатолий Петрович даже ухом не повел и глазами приказал мне садиться. Я нырнул на плот, но только мы отплыли, раздались дикие крики: почти все оставшиеся на льдине оказались в воде, потому что льдина в очередной раз раскололась.
Из траулера стали выкидывать спаскруги. Уже было сумрачно и, барахтающиеся в воде, были едва различимы. Наш плот вздернули на палубу, мы быстро выскочили, уступив место двум морякам, которые на плоту отправились спасать тонувших. Потом нас повели в трюм и больше я ничего не помню…»
Но и здесь, в чудесном краю земного рая судьба продолжала со мной играть в интересную игру и подстроила очередную, остроумную комбинацию. На завод прибыли две девушки из Владика , окончившие университет по специальности программисты-разработчики. Это в 1976 году, когда даже слова «компьютер» никто не ведал и даже «за бугром». Это к тому, что в СССР со стратегией всё еще было в порядке. Просто еще Сталин понимал, что генетика и кибернетика «буржуями» будет использованы во вред человечеству и не нужно им давать в руки новое оружие, а советская концепция использования ЭВМ предполагала совершенствование хозяйственного управления, а не подсаживание советских людей на порнуху, игры и виртуальное бытие. И на нашем заводе приступили к АСУП.
Но девушкам из Владика предстояло несколько месяцев поработать в отделе кадров и там. между прочим, они занялись исследованием досье на потенциальных женихов. Были выбраны из сотен двое и одним из них оказался я. Но судьбе этого было мало, и моя невеста оказалась дочерью полковника КГБ. Внук кулака женился на дочери особиста. Но Николай Николаевич был родом из простой сибирской семьи, был преданным советским офицером и в «лихие 90-е», как мог, защищал госимущество страны от наседающего союза криминала и партноменклатуры. Наша свадьба состоялась на берегу Японского моря в кругу заводских друзей.
Ранним летом, всё свободное от тайги пространство, преображалось в гигантские ковры из цветов- просто невообразимая роскошь. Летом же, ковры в тайге образуются из грибов и тоже вдвое более крупных, чем на западе или, вообще, неизвестных сортов. Зайти в тайгу и набрать мешок лисичек, груздей, рыжиков, маслят, белых за неполный час- раз плюнуть. Но войти летом в тайгу, конечно, испытание для городского жителя.
Но в сельхозполях растут арбузы. Дыни, огурцы, на чеках-рис. Есть и сады с абрикосами, виноградники. Население в сёлах- потомки украинских переселенцев. Но переселялись во времена столыпинской «реформы» сюда и наши, бессарабские болгары, отправляясь из Одессы на пароходах.
Спать же на верандах или саду ночами, как мы делаем в Бессарабии, здесь совершенно невозможно. Здесь и комары тоже вдвое крупнее и пронизывают даже солдатское одеяло.



Новый поворот

Задумывсь о дальнейшей жизни, я ловил себя на мысли, что если бы родился в Уссурийском крае, то никогда бы отсюда не уехал. Но когда в нашей семье стали подрастать дети, мне захотелось, чтобы они выросли в нормальной, родственной среде, на нашей улице и среди ватги таких же сверстников, как когда-то рос и я. Чтобы у нас была общая родина, память и символы.
Все чаще мне стала сниться родная Тараклия и я понял, что судьба в очередной раз намекает, что нужный жизненный опыт накоплен и пора переходить на новые задачи, воплотиться в новые ипостаси и что надвигаются кардинальные перемены. Чтобы подготовить членов семьи к переменам, по вечерам я стал рассказывать сказки про чудесную страну Бессарабию и приключения, которые там предстоят, т.е я безсовестно использовал информационные технологии для манипуляции сознанием простодушных слушателей.
Но как только мы переехали в Молдавию в 1985 году, как началась «перестройка-перестрелка» и уже через несколько лет завод стали раздербанивать, а Арсеньев прославился на весь Союз наличием великой коррупции в виде сращивания местных бандитов и райкомовцев.
Авиационная страница моей биографии была перевернута.
← Кучешки живот. Начало трудовой биографии →

Комментарии 1